Как попасть к чародею в ученики. Сборник "Небесная гирлянда"

Раздел, где форумчане могут поделиться своими творческими работами. Стихи, рисунки и многое другое..а также творчество знаменитых людей.
Аватара пользователя
Ракса
Местный житель
Сообщения: 309
Зарегистрирован: 30 ноя 2017, 03:13
Репутация: 255
Gender: Female - Female

Как попасть к чародею в ученики. Сборник "Небесная гирлянда"

Сообщение Ракса » 22 июн 2018, 18:01

Изображение

"Вот он, закон подлости во всей красе. Только начинаешь думать, что все, наконец, складывается для тебя хорошо, так становится совсем плохо" – эта мысль первой выплыла из темноты неосознанного, когда Сева открыл глаза. Впрочем, действие это ощутимых перемен не принесло – видно все равно ничего не было. Единственной информацией об окружающем пространстве было ощущение каменного пола, немилосердно впивавшегося мелкими неровностями в спину и затылок. Ну, еще, пожалуй, зябкая сырость, пробирающая до самых костей.

"Пещера, что ли? С какого?.." – и тут воспоминания хлынули неудержимым потоком, прорвав плотину психологического ступора.

Жизнь Всеволода Линева постоянно складывалась как-то не так. Прекрасная успеваемость в школе по точным наукам никак не компенсировала предвзятого отношения педагогов к "завзятому хулигану, систематически совершавшему мелкие пакости и откровенные диверсии" (чего только стоили тряпки для доски, пропитанные раствором бертолетовой соли, и короткое замыкание всей школы на новогодней дискотеке). Так что после девятого класса его настоятельно попросили "на выход". По настоянию отца, начальника строительной организации средней руки, парень поступил в стройтехникум, а после в ВУЗ на промышленное и гражданское строительство. По сравнению со школьными, студенческие годы были просто сказкой – всеобщая любовь преподавателей, "талантливый мальчик неуклонно шел на красный диплом". А теоретическая физика и прикладная математика в купе с начертательной геометрией стали настоящей страстью. Но заниматься чистой наукой не случилось - отец категорически возражал против того: "чтобы сын, всю оставшуюся жизнь, влачил полуголодное существование бюджетника" и, Сева с головой окунулся в рутинные обязанности инженера-строителя "под батиным крылышком". Впрочем, и тут как-то не заладилось – карьерный рост вместе с фирмой ушел в крутое пике (страну накрыл экономический кризис и "мелкую рыбешку" на строительном рынке "сожрали" игроки покрупнее, с более "мохнатым" административным ресурсом). Так что одно время пришлось перебиваться случайными заработками и калымами, благо руки росли, откуда надо. Помыкавшись с год на вольных хлебах, удалось-таки найти работу почти по специальности, в филиале крупной столичной фирмы. Работа унылая, заплаты хватало только на поддержку штанов, да еще и "продвинутая" манера начальства, на западный манер провоцировать внутри коллективную мышиную возню откровенно напрягали. Душа все настойчивее простила свободы. И "свобода" не заставила себя ждать!

В один прекрасный день на почту пришла какая-то левая рассылка из еще более "левого" турагентства (после минутного колебания молодой человек открыл электронное письмо, хотя по уму следовало отправить в корзину). Текст, на фоне сказочно-прекрасной картинки, гласил: "Отдых вашей мечты по смешным деньгам – горящие туры в Индию за четверть цены! Древняя и волшебная страна!! Приходите по ссылке, и мы ответим на все ваши вопросы!!!" Не задумываясь о последствиях Сева "пошел".

Двухнедельный тур "ол-инклюзив" и правда, стоил подозрительно дешево, но главное, что как раз столько отдал накануне задолжавший за проект клиент (не прошло и года, натурально - телился девять месяцев). А еще у девушки на другом конце телефона был такой сладкий голос, что деньги он перевел без всякой задней мысли. Хотя и был твердо намерен по системе "трейд-ин" поменять своего старого четырехколесного друга на лошадку посвежее.

Как ни странно, начальство без слов отпустило, даже "без содержания" брать не пришлось. Поменялись с коллегой местами в графике: "Лето на зиму? И сам отдаешь? Благодарен безмерно. Сможем всей семьей съездить на море!" – как дитя радовался тот. Так что выплаченные "до кучи" отпускные были совсем приятным бонусом.

Вопреки подспудным страхам, чартер прилетел вовремя, а номер в гостинице оказался просто выше всяких похвал. Кормежка хорошая и даже несколько экскурсий по местным достопримечательностям входили в стоимость тура.

В старом городе была жуткая толчея, но даже это почти не мешало наслаждаться великолепной архитектурой. Мастерство древних зодчих восхищало – рассчитать такие проекты "голыми руками" и без всяких электронных помощников! Право, достойно уважения. Когда дипломированный строитель бродил в хитросплетении улочек, жадно впитывая окружающую красоту, в голове его, то и дело, звучал голос старого педагога по черчению: "Храмы простояли тысячи лет именно потому, что наши предшественники не ленились думать своей головой и чертить своими руками!" А совершенство резьбы по камню, просто-таки захватывало дух, понимающего туриста! Ведь никаких технических приспособлений, кроме самых примитивных инструментов, не применялось!

Близился полдень и, жара начинала утомлять. Всеволод порыскал взглядом в поисках какой-нибудь кафешки или хотя бы лотошника – пить очень хотелось. Да и перекусить тоже было бы не лишним. Как назло, на той маленькой улочке, куда он забрел, не было ничего даже близко похожего. Спросить и то было не у кого – город как будто вымер. И парень сам ощутил безотчетную, но очень настоятельную потребность укрыться от палящего солнца.

В конце переулочка была какая-то лавчонка, особенно призывно манившая внешним блоком кондиционера на фасаде. А мелодично звякнув колокольчиком на двери, парень оказался прямо-таки в райской сокровищнице. Тело обволакивала благословенная прохлада, а глаза с лихорадочной жадностью разбегались по сверкающим побрякушкам, что были в изобилии разложены на прилавках.

− Велком, сахиб! Плиз, Плиз! – хоть прозвучало это очень радушно, Сева вздрогнул. Голос принадлежал низенькому и очень жилистому торговцу с шикарными усищами и цепким взглядом черных-пречерных глаз. Человек неопределённого возраста, в традиционных цветастых одеждах – драпированный кусок пурпурной ткани, в качестве штанов и длинная, почти до колен, рубаха (забавно, но название этого предмета индийского мужского гардероба было почти привычно для слуха – курта). Парень был готов поклясться, хозяин этого голоса, буквально материализовался из воздуха за его левым плечом.

Колоритный персонаж, делая пригласительные жесты еще несколько раз повторив "Плиз", пристально снизу вверх заглянул ему в лицо. Молодой человек был счастливым обладателем двух метров роста и "косой сажени" в плечах, а еще густая, без всяких поползновений к выпадению, шевелюра русых волос, серо-стальные глаза и ямочка на подбородке обеспечивали неизменный успех у женщин.

Понимая бесполезность своих увещеваний, продавец настойчиво потянул потенциального покупателя за рукав поближе к товару.

− Ван хандрид долларс! Вери, вери, вери гуд! Эйти долларс! Вери, вери гуд! Фифти долларс, фоти! Вери гуд! Фёти долларс, твенти! Гуд! Гуд? – затараторил торговец, указывая на разные изделия.

− Ноу, ноу! – отрицательно замахал Всеволод руками.

Он совершенно точно не собирался покупать индийскую ювелирку, тем паче бижутерию (лишних денег не было, да и особо не кому, а мама эту "жуткую безвкусицу" точно не наденет). Но жилистый человечек не унимался:

− Плиз! Тен долларс! Гуд! Гуд! – с еще большим напором заявил тот, подхватив с прилавка большой кулон с черным камнем и перламутровыми элементами на массивной цепи двойного плетения. И слегка раскачивая этот предмет перед глазами, искушающе повторил, − Тен долларс, сахиб!

Не отдавая себе отчет, Сева достал бумажник и вытащил требуемую сумму, получив в обмен "драгоценность", которую он так страстно возжелал. И крепко зажав в ладони свое приобретение, так же на автопилоте покинул лавочку. Миновав квартал и повернув за угол, парень как будто бы очнулся – он же искал кафе! Но похоже не нашел - голод и жажда терзали все сильнее, а в руке неизвестно откуда образовалась какая-то побрякушка. Но задумываться сейчас над этим было некогда, куда насущнее было быстрее выбраться из этого лабиринта – автобус до отеля отправится в четыре часа пополудни, так что с его поисками уже следует поторопиться.

Хвала прекрасной зрительной памяти – здесь он уже проходил! И точно следующий поворот "выплюнул" Севу на широкую улицу запруженную людьми, ведущую к парку возле которого и остановился их экскурсионный автобус. Перехватив на ходу у лотошника, какой-то местный фаст-фуд и большую бутылку воды, Всеволод с наслаждением нырнул в густую парковую тень. А там почти сразу нашелся укромный уголок с журчащим ручейком и на удивление удобной каменной скамейкой – для импровизированного пикника самое оно.

Впрочем, к еде он как раз не притронулся. Эта побрякушка стала настойчиво "привлекать" внимание, как только парень засунул ее в карман брюк. Сначала она лишь немного потеплела, но когда, утолив жажду, Сева вознамерился впиться зубами в начиненную овощами и мясом лепешку, таинственная штуковина стала нестерпимо горячей.

С досадой отложив вожделенный обед, молодой человек поспешно извлек на свет белый подозрительный образчик индийской бижутерии. Как ни странно, но сейчас бронзовый (похоже) кулон даже холодил. А большой чернильно-черный камень словно бы чуть заметно светился в самой глубине. И вообще, все время пока парень внимательно рассматривал загадочную вещь, его не покидало настойчивое чувство, что с ней что-то не так, как должно быть. И чувство это возрастало с каждой минутой. Повинуясь безотчетному импульсу, Сева с силой нажал и провернул камень, что-то щелкнуло и детали кулона пришли в движение – он оказался головоломкой. А где-то внутри стало понятно: "чтобы все было правильно, нужно верно сложить орнамент". И еще, никак не покидало ощущение, что орнамент этот не просто бессмысленное хитросплетение тонких проволочек, инкрустированных на перламутровых пластинах, а самая что ни есть электронная схема! Пальцы все делали сами – стоило хоть на секунду задуматься как "знание", "что, куда и в какой последовательности надо передвинуть" тут же исчезало. А продолжать можно было, лишь вновь войдя в состояние этакого безмыслия (благо медитативные навыки имелись).

И вот, последняя деталь встала на место. Разум и тело Всеволода затопила безмерная и всепоглощающая радость – сейчас только повернуть камень, так что бы он занял приготовленное для него ложе и все в мире встанет на свои места! Так он и сделал.

Радость, нет, теперь уже истинное наслаждение стало еще сильнее, оно распирало парня изнутри. Он, кажется, даже начал светится. Или это светился воздух? Это, пожалуй, было ближе к истине – окружающая реальность выдавала какой-то стробоскопический эффект, пульсируя с все возрастающей частотой. Каменная скамья начала засасывать в себя сидящего человека, и Сева вскочил. Но сил хватило лишь на несколько шагов – не различая дороги, парень оказался в ручье, но его каменистое дно (так показалось вначале), мертвой хваткой «вцепилось» в ноги и теперь тоже тянуло куда-то вниз. Секунда-другая и он провалится окончательно и всенепременно захлебнется.

Но вышло иначе – когда воды буквально схлопнулись над его головой, молодой человек проложил дышать, как ни в чем не бывало. Так еще и тело наполнилось ощущением полета, а вокруг "проявились", переливающиеся нездешним сетом, стены какого-то туннеля. Истерично хихикнув, Сева не к месту вслух ляпнул: "Все чудесатее и чудесатее…" Но окружающее "пространство" беззвучно сказало: "Самые те слова, парень!"

В следующий момент, а может и вечность спустя он завис в позе эмбриона, примерно в метре над полом пещеры, а может и очень просторного зала, между пятью невысокими обелисками классической формы. И стены, и эти камни тоже испускали дрожащий свет, который быстро померк и Всеволод Линев, будучи не в силах и дальше удерживаться в воздухе, свалился, здорово ударившись затылком, и потерял сознание.



* * *

"Итак. Я провалился в какую-то пещеру. Как провалился разговор отдельный и сейчас не самый существенный. Лучше подумать, как буду отсюда выбираться" − проговорил вслух молодой человек, приведя верхнюю часть тела в вертикальное положение. Ушибленный затылок саднил немилосердно, но на ощупь крови не было. Впрочем, ощущение боли как раз обнадеживало – памятуя "полет" через туннель, под ложечкой неприятно посасывало: "Может я умер?". Нет! Если болит, значит еще живой!

Да нет, точно живой – когда он говорил, вокруг гуляло эхо. Дабы удостовериться, и определится в своем статусе окончательно, Сева закричал: "Э-ге-ге-ге-е-ей!" Как и положено звук отразился от сводов и, помещение наполнилось гвалтом.

"Замечательно!" - с энтузиазмом и так же в голос произнес сидящий на полу человек.

Так, пора подумать, как отсюда выбираться! Всеволод сосредоточился, стараясь как можно точнее вызвать в памяти мгновение, когда светящиеся стены позволили его взгляду запечатлеть строение этого помещения. Вокруг него, буквально в нескольких метрах располагались пять камней. Хотя не "в круг" – гладко, до блеска отполированные каменюки венчали вершины пентаграммы, а он сидел в самом ее центре. Эта мысль заставила поежиться и, парень на четвереньках осторожно пополз в направлении выхода (искренне надеясь миновать торчащие обелиски, и не "обнаружить" ни один из них лбом). Высокий арочный проем, по его воспоминаниям и представлениям опытного строителя был где-то впереди. И точно. В той стороне появился огонек, который слегка покачиваясь быстро приближался! Молодой человек тоже прибавил "шаг", хотя подниматься на ноги все же не стал – впереди были ступеньки, а падать с колен не так высоко. Сева как раз и обнаружил самый край верхней из них запястьем, когда огонёк приблизился настолько что, стало понятно – это фонарь типа "летучая мышь" в руке девушки или молодой женщины. Обнаружить то, обнаружил, но не удержался и съехал лицом вниз к ногам незнакомки.

− Нирамайя? – с явным акцентом, но столь же явным беспокойством в бархатистом голосе произнесла девушка (теперь то в этом удостовериться можно было доподлинно).

− Да-да! Все нормально! – с энтузиазмом отзывался Всеволод, вскакивая на ноги.

Негоже ползать в грязи, пусть и у столь прекрасных ног – узкие брючки какого-то красного цвета (в скудном свете фонаря толком не разобрать), плотно облегали длинные, стройные ножки, а блестящая вышивка по горловине и низу, коротенькой блузочки в тон штанишкам, бесстыдно привлекала его внимание к глубокому декольте и плоскому животику. Темная головка, венчавшая всю эту прелесть, тоже была очень даже ничего. Так и была почти «на уровне»: удивительно, но миловидная незнакомка лишь немного уступала в росте «северному богатырю». Еще Севе показалось, что за спиной девушки болтался черный плащ. Но как он там держится, понять было совершенно невозможно – он словно рос прямо из района лопаток.

− Я безмерно счастлив, что случай свел меня с такой красавицей! Меня зовут Сева, а как я могу называть вас? – вопросы, где он и как сюда завалился, незаметно отступили на задний план.

− На апу! – со смущенной улыбкой отозвалась прелестница, замахав, свободной от фонаря рукой, из стороны в сторону.

− Ду ю спиг инглишь?.. Дойч? – та, лишь отрицательно мотала головой, − Я Сева! Се-ва, – повторил молодой человек, хлопая себя по груди.

− Атас, атас! Ануждам! – нетерпеливо протараторила незнакомка и, присовокупив энергичное, − Драваат! − схватила парня за руку и потащила по сводчатому коридору.

Потом была бесконечная винтовая лестница. То, откуда они пришли и куда поднимались, тонуло в непроглядном мраке – только несколько ступеней прямо под ногами, свет высвобождал из темноты, тот час же возвращая обратно. Молодой человек, принялся было считать их - дабы прикинуть глубину той "дыры" откуда они выбирались, но очень быстро сбился со счета.

Самое удивительное, что ступала его провожатая совершенно бесшумно (будто бы и пола не касалась), в то время как его шаги в легких сандалиях, будили нескончаемое эхо.

Наконец, этот долгий подъем закончился (топать пришлось от центра Земли - никак не меньше) и взору Всеволода, предстала массивная дверь. Очень кстати – так хотелось вырваться под жаркое солнышко. Поскольку молодой человек, в своих шортах до колен и рубахе с короткими рукавами, в сырости подземелья изрядно продрог.

Дверь распахнулось, и вожделенное тепло конечно пахнуло, но это была единственная хорошая новость. Когда глаза адаптировались, то оказалось что по ту сторону не было парка, хотя там быть он был обязан. Не было даже города, в центре которого был парк. Сева стоял посреди наружной галереи, переходившей в террасу на первом этаже какого-то старинного здания (ладно бы только это), но с этой галереи открывался вид на заснеженные горные пики и бурную реку у их подножья, хотя там их быть вообще не должно. То есть абсолютно!

− Это… Та-а-ам горы, – на грани истерики пробормотал парень и, привлекая внимание своей спутницы к этому вопиющему несоответствию, даже нервно потыкал пальцем в сторону подозрительных геологических образований для убедительности.

− Атас, ануджам! Драва-а-ат!..

Это мы уже слышали! Делать нечего – оставалось только собрать волю в кулак и топать на вдруг ставших ватными ногах за обворожительной незнакомкой. Теша себя надеждой, в конце концов, получит хоть какие-нибудь ответы на все множащееся число вопросов. Странно, − хотя странностям уже пора было становиться в очередь, − но при свете дня, никакого плаща на ней не оказалось – только несколько перекачанные для девушки мышцы, отлично просматривавшиеся через глубокий вырез на спинке блузы. Но в подземелье плащ точно был – он вполне отчетливо видел его черную массу позади девушки!

В конце галереи была такая же открытая лестница, а так хотелось престать видеть эти горы! По ее ступеням они поднялись на пару этажей и, свернув в коридор, углубись во чрево здания. И снова коридоры, повороты, коридоры.

В одном из таких, он издали заметил группку из пяти человек, которые о чем-то оживленно спорили.

"Может хоть эти знают английский, пусть и в объеме школьной программы. Индия ведь еще недавно была британской колонией!" – пронеслось у Севы в голове и, он стал понемногу забирать вправо, чтобы как можно ближе пройти рядом с эркером, в котором устроилась компания. Но "Сорри", с которого молодой человек хотел начать разговор, так и застряло в горле. Какой английский – они даже людьми не были! Двое из них так точно!

На скамейке у окна сидело, свернув под сидением хвост, змееподобное существо желто-коричневой окраски. Кажется, женского пола – уж очень по-женски выглядела длинная рубашка, прикрывавшая чешуйчатый торс и верхнюю часть бедер. Другой - тоже в чешуе, но зеленый и больше походил на очень зубастого ящера или крокодила, вставшего на задние лапы. Этот был одет в черные бриджи и до половины застегнутую черную куртку. Обуви не было – таких здоровущих когтей никакие ботинки не выдержат.

Неуместность чертовых гор, стремительно уходила на второй план – неуместным становился весь мир целиком.

"Меня похитили инопланетяне!!!" – молнией вспыхнула мысль, и все вокруг начало кружиться, а пол медленно поплыл из-под ног.

Падение предотвратила его спутница. Как она, такая хрупкая смогла удержать его девяностокилограммовую тушу? Не-не, одни мышцы − ни грамма жира. Восточные единоборства, позволяли держать себя в форме. Сева занимался ими уже не первый год и добился впечатляющих для европейца успехов. Сей факт отмечал даже его сен-сей (чистокровный китаец, между прочим). Но девушка без особого напряжения привела его в вертикальное положение. Похлопала по щекам, заглянула в мутнеющие глаза, и тут, ни с того ни с сего, обхватила руками за шею и прижалась своими губами к его губам, просунув в рот горячий язычок. В голове мгновенно прояснилось, сердце забилось чаще, и тело наполнилось энергией. Даже нелюди с их миром не казались больше такой уж катастрофой. Парень почти готов был если не свернуть горы, то, по крайней мере, попытаться разобраться с этой чертовщиной.

Удовлетворившись результатом своих действий она высвободилась из его объятий и деловито произнесла сакральные: "Ануджам, драваат". После чего продолжила путь. Молодой человек с готовностью двинулся следом. Еще один поворот и несколько десятков шагов.

Девушка как вкопанная остановилась пред дверью, не отличимой от прочих в этом коридоре, отделанном вполне традиционной для Индии потолочной резьбой и деревянными панелями, потемневшими от времени.

− Арваак! – ободряюще и даже с нежностью произнесла она, подталкивая парня в спину.

Тот несколько раз энергично выдохнул и, нажав на ручку, резко толкнул дверь.



* * *

За дверью была просторная, но основательно захламленная всякими удивительными штуковинами комната. Нет, более всего это походило на кабинет какого-то ученого. Шкафы до потолка, заполненные книгами, скелетами мелких зверюшек и банками с препаратами. На стене коллекция насекомых, а в стеклянной витрине – окаменелостей и кристаллов в породе. Конторка, заваленная бумагами, а на отдельном столе все необходимое для химических экспериментов – трубки, пробирки, склянки, реторты. В углу, в глубоком и, по-видимому, очень удобном кресле, как паук в паутине сидел хозяин этого кабинета. Впрочем, ничего паучьего в его внешности не было – человек (и то, слава Богу), высокого как Сева роста и эквивалентного телосложения. Очень светлые, но не седые волосы и на лице очень мало морщин. Однако неуловимая очевидность свидетельствовала, что лицо это умудрено долгими годами напряженных исследований. Да, именно глаза синего-пресинего цвета, светились вековой мудростью

Впрочем отделаться от навязчивого ощущения, что он жирная муха и наконец-то попался, Всеволоду никак не удавалось.

− Зови меня Тримал, я ждал тебя уже очень долго. Проходи, садись. Нам есть о чем побеседовать, − без обиняков начал "мудрец" (в сознании молодого человека этот ярлык накрепко прицепился к образу сидящего перед ним человека).

Чуть замявшись, парень прошел-таки вглубь комнаты и уселся на стул, указанный его новым знакомцем.

То, что этот, говорил на понятном языке, пусть и с едва заметным акцентом, больше радовало, чем удивляло – наконец-то можно хоть кого-то расспросить!

− Эта другая планета, галактика? – выпалил Сева.

− Нет, планета та же. Но мир иной. Иная вероятностно-временная вариация, − с чуть снисходительной улыбкой ответил Тримал.

− Вероятностно-временная? Но там, – молодой человек потыкал большим пальцем в сторону двери, − я видел змею и ящерицу, которые ходят в одежде и ведут беседы. Разве они не инопланетяне?

− Нет, они и такие, как они всегда были местными, а такие, как мы, − в его глазах вспыхнули лукавые огоньки, − не стали единственным разумным видом на планете. Просто когда-то жители этого мира сделали иной выбор, и событийная последовательность покатилась по другому руслу. Всё углубляя, усиливая, делая более весомыми, те вероятности что отличают один мир от другого.

− Теория множественности вселенных? – просиял парень, − Каждый раз на "перекрестке" образуется почти идентичная пара. Событийные линии ветвятся. И чем дальше по времени, тем вариантов становиться больше, а различия – все существеннее.

– Не-ет, − снисходительная улыбка стала саркастичней, − Все различия и все вероятности существуют от начала Творения. А вот времени как такового, как раз и нет! Нет ни прошлого, ни будущего - это только концепции человеческого сознания. Есть только бесчисленные моменты настоящего…

Сева попытался возразить, но Тримал жестом остановил его и, устремив взгляд куда-то в пространство, заговорил чуть менторским тоном:

"Необученное человеческое сознание очень забавно воспринимает структуру времени.

Для "нас" ведь естественна именно череда событий − одно за другим. Но это все равно как идти по дну глубокого и узкого ущелья, причем идти задом наперед − взирая на уже пройденный путь, а все новые элементы дороги, становятся доступны нашему восприятию только тогда когда мы на них "наступим".

Вот только на самом деле структура времени, как составной части Мироздания, сильно отличается от этого "представления".

Просто представь себе, что Мироздание в целом имеет, куда большую мерность, чем люди могут обычно воспринять. Допустим их одиннадцать, вернее двенадцать – "нуль" тоже идет в зачет. И только три из этих измерений - время. Такой себе бесконечный объем, система координат, содержащая в себе сразу ВСЕ возможные варианты событий. А в каждом "событии", то есть в каждом моменте "настоящего" упакованы не только длина/ширина/высота − те измерения, которые нам доступны, но и остальные − те, что вне возможности нашего восприятия. Еще каждое "событие" наполнено персонажами - бесчисленными отражениями Единого.

И значение, по большому счету, имеет только то, по моментам, какого "настоящего" сейчас "катится" восприятие… хм… данного аватара"

Последнее слово он произнес явно нехотя. Молодой человек скорее почувствовал, чем осознал, что в его языке просто невозможно подобрать лучший термин, для обозначения процесса помещения "куда-то" крошечной части "чего-то" бесконечно огромного. Но распространяться на данную тему подробнее, "лектор" просто не видел смысла.

− Как бы тебе объяснить попроще?.. – тот скользнул взглядом по Севе и парню показалось, что вот так же этот "мудрец" рассматривал бы младенца или вообще обезьяну, − Ладно…

Тримал поднял руки, соединив пальцы домиком на уровне груди, и молодой человек заметил, что вокруг его левой кисти обвилась нитка бус. Хотя нет, не бус – в цепочке полудрагоценных сферических камушков разного размера, Сева узнал традиционные индийские четки – мала, что означает «небесная гирлянда».

Еще один короткий взгляд и персона парня снова утратила актуальность – "пространство" было более интересным собеседником:

"Ты вот сказал "множество событийных линий", но вот как раз линий-то и нет. Это имеет смысл, если исходить из концепции что время статично, а каждый вариант изменения на какой-то точке в "прошлом" вызывает массу разветвлений. Но это не так. Время динамично как в прошлом, так и в будущем.»

− Вот взгляни, − хозяин кабинета раскрыл ладони и четки «всплыли», повиснув перед глазами Всеволода.

Это было бы еще ничего, если бы бусины не «ожили», сбрасывая оковы связующей их нити, и не засияли волшебным внутренним светом. От такого фееричного зрелища, в голову настойчиво лезла «галактика» из фильма «Люди в черном». А взгляд, зацепившийся за одну из бусин, углубился в этот волшебный свет и вызвал внутри сознания Севы видение, запечатленного во всех подробностях момента бытия, круговая диорама, ни дать ни взять. Из груди молодого человека вырвался короткий нервный смешок, хотя на самом-то деле землянину хотелось рвануть очертя голову отсюда на все четыре стороны.

Не обращая внимания на реакцию гостя, мудрец продолжил, указывая взглядом на медленно плывущий в воздухе хоровод «галактик»:

− Допустим, что эта последовательность «событий», история твоего мира. И при том, что она, конечно, зафиксирована раз и навсегда законами мироздания − из конкретной причины, всегда будет проистекать вполне конкретное следствие. Однако все не так уж жестко и однозначно, − чуть заметное мановение пальцев и количество мелких бусинок, по меньшей мере, утроилось; хотя поручиться Сева в этом не мог: камушки двигались, прижавшись столь плотно, что едва можно было определить, где кончается один и начинается другой. − Даже в масштабах твоей жизни не очень важно, яйца или допустим, кашу ты съешь на завтрак, или какой дорогой пойдешь сегодня на работу. Эти «события» приведут к более-менее похожим следствиям, которые допустимы как истории твоей жизни, так и для твоего мира в целом.

Изображение

− Как область решения системы уравнений? Просто как в школе - правильных ответов больше чем один! – лихорадочно пробормотал Сева, пробуя концепцию «на вкус»

− Да, правильных ответов больше чем один, − одобрительным эхом отозвался Тримал. − Но все эти решения укладываются в определенное русло. Пока не попадается «Ключ», на котором вероятности равносильны и действительно есть возможность свернуть с накатанной дорожки!

Словно в подтверждение его слов, цвет и яркость, как и количество, более крупных бусин изменились, впрочем, не все они теперь располагались в одном «русле». Но равномерно распределились среди бусинок помельче, ведь их число стало просто несчетным – перед глазами Всеволода, вернее заполнив всю комнату и все его сознание висел, переливаясь всеми возможными цветами и оттенками, бесконечный шар. Однако молодой человек мог предельно четко различить, как внутри этого «шара» от события к событию «змеятся» причинно-следственные закономерности, создавая самые фантастические комбинации условий.

Миров действительно было бесконечно много. Некоторые были так близки, что могли соприкоснуться и порой соприкасались, оставляя в памяти населяющих их существ следы не своего прошлого. Другие были так далеки, что казались лишь фантазиями и сказками. Но как бы то ни было, при этом они связаны были крепко накрепко.

Видение исчезло, и будто бы читая Севины мысли, «мудрец» с легким сарказмом резюмировал:

− Так что время подвижно всегда – хоть в прошлом, хоть в будущем. Если у тебя найдутся ресурсы все «подвинуть». А все "воспринимаемые" изменения, это только перемещение твоего ограниченного сознания по точкам бесконечного "сейчас".

Понемногу, предложенная теория, переставала казаться Севе такой уж дикой. Постепенно все становилось на свои места, прекрасно состыковываясь с другими известными ему теориями. И словно в подтверждение, Тримал очень буднично проговорил:

− Естественно для описания всего этого есть и математические формулы, и физические законы. Математика, она ведь первоязык Мироздания! А физика – родная мать магии, – причем последнее сказал он абсолютно серьезно.

Сева кое-как собрал мысли в кучу − ладно "где" выяснили. Понять бы еще как угораздило, но самое главное выяснить, как отсюда поскорее выбраться. Сомнений в том, что собеседник доподлинно знал ответы на оба эти "как" у парня не оставалось.

− Как я попал сюда? – с нажимом и изрядной долей агрессии в голосе начал молодой человек.

− Через "кроличью нору" − причем было очевидно, что данная аллюзия откровенно забавляет ученого из иного мира.

− Но я не лазил ни в какую нору! Я буквально провалился сквозь землю! – в сердцах бросил Всеволод этому "шутнику".

− Просто "нора" появилась там, где ты стоял – с артефактом, оно дело не хитрое…

− Кулон!.. Я, кажется, оставил его там, внизу – Сева как ошпаренный рванулся было к двери.

− Пустое. Артефакты типа… − "мудрец" замялся, подбирая слова, − типа "пожарный выход", в принципе одноразовые. Энергокристалл разряжен, и от пропущенных энергий напрочь выгорели… хм… контуры. Лучше новый сделать, чем старый чинить. Хотя вещь, безусловно, полезная – просто таскаешь такой на шее, а в критической ситуации активируешь и, без всякой мороки, в мгновения ока оказываешься дома, допустим.

− А где можно его взять или хотя бы кто может такую вещь сделать? – в душе у парня шевельнулась надежда.

− Каждый маг, который знает как, − чародей подмигнул и поправил на своей груди похожий кулон, − делает под себя и под то место, которое он считает безопасным.

− А как же тогда мне домой-то попасть? – упавшим голосом пробормотал Всеволод.

Не очень-то привлекала его мысль остаться в этом странном мире, столь отличном, от его собственного. Змее-люди, как их там, в мифологии – точно, наги. Разумные ящерицы в человеческий рост. Еще Бог знает кто! Если так как он думает то, скорее всего вообще весь мифологический зоопарк. Кентавры, сирены, гарпии и дальше по списку. Нет уж - увольте.

− Как мне отсюда выбраться? – в голосе "гостя" с Земли, послышались угрожающие нотки.

Он был готов буквально выбить из этого надменного чучела хоть секрет изготовления, хоть адрес мастера, который за сходную цену изготовит "билет домой". Парень поднялся на ноги и, угрожающе сжав кулаки, сделал шаг в сторону проклятого колдуна.

Но тело совершенно перестало подчиняться, как только оппоненты встретились взглядами, а расслабленно сидящий в кресле Тримал, повелительно молвил: "Стой!". Стало не хватать воздуха, поскольку даже дышать было невероятно трудно – будто придало многотонной каменной плитой. И чем сильнее он сопротивлялся, чем сильнее в нем бушевала ярость и желание изо всех сил вмазать по этой самодовольной морде, тем хуже становилось. Сева начал терять сознание.

Когда пред глазами перестали плавать круги, а "изображение" окончательно прояснилось, молодой человек понял что снова сидит на своем месте и к счастью снова полностью владеет своим телом.

− Ты же только появился и сразу на выход? Даже как-то не вежливо, − в голосе мага звучала сталь, − Скажу больше, это вообще был твой последний шанс прийти "сюда". Другого шанса, именно для тебя, силы Мироздания не запланировали. И если бы ты и в этот раз сделал не тот выбор, что от тебя требовался, то подписал бы этим свой смертный приговор, − чародей как-то особенно пристально посмотрел на своего визави, − Кажется, несчастный случай с каким-то механизмом. Самоходная повозка?

− Автомобиль… Я собирался купить новый, − голос выдавал глубокое потрясение, − Но почему? По-че-му?

− Ты слишком долго бегал от своей судьбы – это не дело, − не дождавшись ответа от явно ошарашенного такой вестью парня, Тримал продолжил, − Как поступит "механик" если какая-то настырная, но очень глупая шестеренка упорно не желает становиться на свое место в некоем невероятно сложном механизме?

− Стукнет по ней молотком?

− А если и это не помогает?

− Возьмет другую? – осторожно и с некоторой опаской в голосе предположил молодой человек.

− Именно! Возьмет другую, а своенравную запчасть в переплавку. И делу конец! "Механика" интересуют детали его механизма, пока они исправно выполняют свои функции. Некогда, да и нет смысла цацкаться с каждым винтиком!

В разговоре повисла напряженная пауза. Сева вскочил и стал нервно ходить из угла в угол. На очередном витке он резко остановился и, перегнувшись через спинку стула, испытующе заглянул мудрецу в глаза:

− И какую же судьбу определило для меня Мироздание?

− Для начала познать его Законы, овладеть необходимыми навыками и техническими приемами. На то в магической школе и оказался.

− А потом? Потом?

− А потом делай, что должно и будь что будет. А должно в Мироздании быть равновесию!

Всеволод Линев совершенно обессиленный свалился на стул – сейчас самому из этого чертового параллельного мира не выбраться и даже вряд-ли удастся найти того кто сможет вытащить. Но чародей предлагает научить его всем этим штучкам, а может и еще каким чудесам. Причем, без каких-либо вступительных экзаменов. Или они тут не предусмотрены, или Сева их уже каким-то "макаром" сдал?

"А была, не была! Или грудь в крестах, или голова в кустах!"

− Когда первое занятие или сначала надо где-то кровью подписаться?

− Обойдемся устным согласием… – ответил Тримал, по-отечески улыбнувшись.



* * *

Тощая индийская собака, от урны к урне продвигалась по аллеям и тропинкам парка в поисках поживы. Вот и ручеек где можно вволю полакать прохладной воды и отдохнуть в густой тени от каменной скамьи, на сквознячке, влекомым маленьким потоком. Ба, да какой-то добрый человек оставил на скамье еще теплую лепешку. Псина воровато оглянулась по сторонам, потянула носом и, удостоверившись, что хозяин этого «угощения» не появится в самый неподходящий момент, стащила еду на землю и принялась жадно глотать, почти не разжёвывая. Однако пиршество пришлось-таки прервать.

Животное явственно ощутило какую-то безотчетную, но неотвратимую опасность. Нет, это был не запах и даже не звук – но как будто накренилась и качнулась сама земля. Все естество бедной зверюги сжалось и она, прихватив остатки «добычи», поспешно ретировалась как раз в тот момент, когда над полянкой стал пульсировать и засветился воздух.

Молодой маг Всеволод Линев, бодро шагнул на родную Землю из створа Портала, любезно открытого специально для него. Мысленно «козырнув», Привратнику на той стороне: «Порядок, прибыл!» − пронаблюдал, как тот закрывает «прореху в ткани бытия». В принципе он и сам сейчас такому обучен (шесть долгих лет не прошли попусту), но какой смысл тратить собственные ресурсы, если есть тот, кому сие положено по «работе».

«Не хватайся за гуж, если не готов тащить его до конца!» − гласила одна из первейших магических заповедей. А вот сидеть на «ресепшене» и до конца дней открывать и закрывать Порталы он как раз не собирался.

Эх, даже забыл, как же жарко было в «тот» день. И хотя одежду загодя подобрал с этим расчетом, на коже все равно выступил пот. Так что оставленная, в прошлый раз бутылка пришлась очень кстати. Хорошо – даже вода почти не нагрелась. Молодой человек уселся на скамейку и с удовольствием приложился к горлышку.

Молодой-то молодой – прошедшие годы не оставили и малейшего отпечатка на его лице. Что не говори, а магия творит чудеса! Однако что-то неуловимое все же изменилось в его облике. Глаза! Теперь и его взгляд хранил нездешнюю мудрость. Какая-то холодная безучастность и отрешенность, безошибочно читалась в них.

Знание, нет ОСОЗНАНИЕ во всей полноте, значения слов «На все воля Творца, а мы лишь Его орудия!» − сделало свое дело…

Допив воду, Сева отправил пустую бутылку в дальнюю урну и походкой человека, который уверен в своей цели, оправился к автобусу – его ждали в далекой стране родители и предначертанное!

11.04.2018

Реклама

Вернуться в «Эзопланетное творчество»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 2 гостя

  • Реклама